Эти слова невольно вырвались у профессора, когда он оторвался от окуляра телескопа.
— Ну, положим, — улыбнулся кто-то из посетителей, — у теи несколько иная задача на очереди: победа над холодом, победа над севером. Она не столь возвышенна и грандиозна, зато полное ее осуществление дало бы место и средства существования полтриллиону людей.
Понемногу, негромко разговаривая друг с другом, посетители оставили обсерваторию и, разбившись на более мелкие группы, разбрелись по подземным улицам для осмотра других сооружений.
Еще два дня употребили пассажиры «Геркулеса» на осмотр станции и затем вновь собрались все на борту воздушного судна.
«Геркулес» плавно повернулся под углом в девяносто градусов и, быстро рассекая воздух, стал забирать вверх.
Профессор был один и смотрел в иллюминатор своей каюты. Прямо перед его глазами клубились белые позолоченные солнцем облака.
Станция осталась позади. Воздушные турбины ее в обыкновенный бинокль казались едва различимыми черными точками, да и те скоро пропали.
Профессор думал об изумительном космическом источнике энергии, только что оставленном «Геркулесом». Отсюда, с этого бывшего Черного материка, мощной струей лилась теперь сила в человеческие жилища, заводы, лаборатории, мастерские в виде света, тепла, пищи и одежды. Тысячи судов ежедневно уходили отсюда, унося с собой средства к жизни в более высокие, холодные широты.
И ведь в сущности как мало людей занято на Энергетической станции! Считается за честь попасть сюда работать, ибо здесь всякому начинающему открываются широкие горизонты. Каждый сектор посылает сюда людей по особому выбору для технической и научной работы. Многие годами ждут очереди, чтобы попасть на фабрику или завод в зоне непосредственного действия ЭЭС.
Да, изумительные перемены! И не должен ли он, профессор, радоваться, что именно ему исключительный случай помог, пережив тысячелетия, увидеть сказочно сильное человечество?