Ну, конечно, так оно и есть! Как профессор и предполагал, гоми были похожи на рабочих, приставленных к сложным машинам: они умели ими управлять, могли сделать несложную починку, но чертежа машины они не могли сделать, а следовательно не могли собрать и целой машины — это знал только инженер.
Но инженера профессор так и не нашел среди гоми: откуда бы ему взяться, если у гоми не было ни школ, ни лабораторий?
— Итак, предо мной темный лабиринт сомнений, — медленно поднимаясь по какой-то слабо освещенной галлерее, думал профессор, — разрешение которых, может быть, никогда не последует. Рабочий, приставленный к сложной турбине, ничего не скажет мне о ее конструктивных деталях. Поскольку невероятно, чтобы надводные обитатели строили подводные дворцы для своих расовых врагов, ибо я не мог бы не знать об этом, надо предположить, что их строили сами же гоми. Но не нынешние поколения, а их отдаленнейшие предки. Следовательно, я случайно попал в вымирающий подводный мир, о котором люди совершенно не знали до сих пор. Но так как подобных дворцов много, то возможно, что в других дворцах есть университеты, лаборатории, профессора, инженеры, но тогда чем объяснить тупость и инертность перепончатых гоми?... Нет, положительно природа и сейчас еще полна неразрешимых тайн!
Что это за бассейн? Самое странное сооружение, которое профессор когда-либо видел: длинный канал, который постепенно суживался вдали и сводчатый потолок над ним чем дальше, тем спускался все ниже. В конце бассейна расстояние от его поверхности до потолка было не больше двух метров. Над водой было полукруглое отверстие, через которое вода бассейна сообщалась с каким-то другим водовместилищем. При ударе о стену последняя издавала звенящий звук. Значит, там над водой пустота, как и здесь. А не пробраться ли туда? Где он сейчас находится? Он все время поднимался вверх, следовательно, бассейн этот находится в самых верхних частях дворца. Для какой цели служит бассейн? Ага! Позади слышатся возгласы. Сейчас он узнает это. Хорошо бы спрятаться: что подумают о нем гоми, когда увидят его одного в таком странном месте? Вот какая-то ниша. Авось сюда никто не заглянет.
Мимо прижавшегося в углу профессора с возгласами и шумным плеском проплыли десятка три гоми. Один за другим скрылись они в полукруглое отверстие. У всех на лице были маленькие аппараты для дыхания. Не в открытое ли море они поплыли? Иначе к чему бы им «намордники»? — сообразил профессор.
Мартынов быстро юркнул в отверстие вслед за гоми.
— Вот он, выход из Зеленого дворца! — прошептал профессор. — Ишь черти, все отмалчивались! Теперь я и сам знаю дорогу к выходу.
Как профессор и ожидал, за стеной оказался канал, но значительно шире первого, тоже с отверстием в противоположной стене, но вдвое меньшим, чем то, которое вело сюда. Профессор смело проплыл через это отверстие, которое вывело его в третий бассейн. Дальше, казалось, выхода не было; все стены были глухие,
— Но так как гоми проплыли сюда, — рассуждал профессор, отдуваясь и тяжело дыша, — а теперь их здесь нет, то ясно, что они куда-то вышли. Значит, должен быть выход. Все эти бассейны — своеобразный шлюз.
Там, где должно было быть, повидимому, отверстие, не ясно обозначался полукруг. Но ни нырянья профессора, ни отчаянные стуки не могли его обнаружить.