Строжайшую ей часть, предписанну богами:
«Имей, — сказал он ей, — отныне госпожу,
Отныне будешь ты Венериной рабою,
Отныне не могу делить утех с тобою…
Но злобных сестр твоих я боле накажу».
«Амур, Амур!» — опять царевна возгласила…
Но он при сих словах,
Не внемля, что она прощения просила,
Сокрылся в облаках!
Сокрылся и потом в небесный путь пустился,