Но в тайне часто унывала,

Себя несчастной называла

И часто, в горестных слезах,

К Амуру вопияла:

«Амур, Амур, веселий бог!

За что ко мне суров и строг?

Давно ли все меня искали?

Давно ли все меня ласкали?

В победах я вела часы,

Могла пленять, любить по воле;