Затем, для вывода войск к бою из-за наших оборонительных укреплений мы не имеем удобных выходов; выдвигать же частями, чрез амбразуры и другие незначущие ходы, почти поодиночке, и устраивать в виду неприятеля, -- потребует много времени, тогда как он будет зорко следить за каждым нашим шагом, и, открыв начало наступления, подвергнет неустроенные еще части сильному артиллерийскому и ружейному огню, следовательно -- вначале расстройству, а вместе и все предприятие может не удаться.
Допустив, что, несмотря на все затруднения и неминуемую значительную потерю, успех будет на нашей стороне и мы займем какой-либо важный пункт, который, чтобы удержать, необходимо укрепить, а до того иметь постоянно массы войск совершенно открытыми действию артиллерии, что, с потерею, затруднит и работы. Неприятель, высмотрев наше положение, через сутки или более, сосредоточит свои силы в большей числительности, употребит все усилия сбить нас и, при возможной удаче, вместе с нами ворвется в укрепления.
Наконец, ежели нам вполне удастся удержать за собою занятый: пункт и на оном укрепиться, то мы не выходим из пассивного положения, ибо союзники перенесут свою атаку на другую половину города, так как их подступы на обеих половинах одинаково близки.
А посему мы из пассивного состояния не выходим, а неминуемо понесем весьма значительную потерю в войсках, и без того в числительности ослабленных, но зато не упавших духом.
Второе предложение.
Атака со стороны Черной речки может принести временную только пользу. Она озаботит неприятеля, принудит стянуть растянутые части снова в Балаклавский лагерь и на Сапун-гору, в свои укрепления.
Севастополь же останется в одинаково невыгодном положении, и даже несколько худшем.
Ежели ограничиться занятием и укреплением Чоргунской позиции и иметь там не более 1 ╫ дивизии пехоты и части кавалерии, а остальные войска сколь возможно поспешнее приблизить к Севастополю, то и тут положение наше ни мало не изменится.
При сем долгом считаю присовокупить, что несколько-дневное отсутствие войск из Севастополя и его ослабление подвергнут город величайшей опасности. Союзники, одновременно с делом на Черной речке, могут атаковать и даже взять его, ибо все значительные силы неприятеля так близки, что он на несколько часов их сосредоточит, тогда как наши, будучи в отдалении, не будут и видеть происходящего, а тем более подать какую-либо помощь.
А посему, для облегчения только временно Севастополя, а вместе и стеснения неприятеля в его позиции, я полагал бы произвести атаку на Чоргун, но отнюдь не всеми войсками, а только большею частью, примерно пятью дивизиями, оставя большие резервы в Севастополе и на Северной стороне.