12 ноября. Вторник. Гулял утром с сожителем своим по комнате Томским, говорили о социализме и индивидуализме. Затем читал Тэна. Вечер у нас был без освещения, и сидели в темноте, проведя время в разговорах.
13 ноября. Среда. Сидим опять без отопления, без освещения и, что хуже всего, без воды. Но я отношусь к этому философски. Гулял, читал Тэна о Милле. Вечером частию с Н. Н. [Готье], частию с Е. Ф. [Корнеевой] и ее подругой. Немного упражнялся в английском разговоре.
14 ноября. Четверг. Без огня и без воды. В моем распоряжении для умыванья был всего стакан воды; нельзя сказать, чтобы это было особенно гигиенично. Санаторий отражает, конечно, общую разруху, ничего не поделаешь. Сегодня шесть недель, как я здесь. Довольно. Хочется домой. Утром беседа с коммунистом Томским, который излагал мне свои воззрения, а затем свою биографию. Последнюю я слушал с большим интересом: в ней был живой человек. Идеи же интересны только при том условии, чтобы они не были шаблонны. Долго был у Н. Н. [Готье], которая сильно страдает. Что наши невзгоды перед ее тяжким недугом! Жаль молодую женщину!
15 ноября. Пятница. Тихая теплая погода. Гулял утром до кофе, затем перед обедом и вечером, кажется -- надышался свежим воздухом всласть. День темноватый, небо серое разных тонов от светло-серого почти до черноты -- тона как на фотографических снимках пейзажей. Белый чистый снег и черная кайма леса -- опять что-то траурное. Кончил V-й том Тэна. Все захваченные мною книги прочитаны. Пора домой за работу.
16 ноября. Суббота. Приехал Ю. В. Готье навестить жену. С ним гуляли и много говорили. Вечером слушали вновь прибывшего больного, оказавшегося поэтом. Он декламировал во мраке залы (мы опять без света) или, вернее, пел свои стихи, которые можно назвать политическими шансонетками. Готье расположился в моей комнате, что было мне очень приятно.
17 ноября. Воскресенье. "Утру глубоку" меня пробудил колокол. Я тихо собрался к заутрене. Оттепель. Бедный Ю. В. [Готье] принужден был идти отсюда пешком в валяных сапогах. Вечер в темноте. Навещал Н. Н. [Готье] и А. А. Ченцову.
18 ноября. Понедельник. Утро в прогулке. После обеда читал с Е. Ф. [Корнеевой] по-английски. Письма от Л[изы] и Мини.
19 ноября. Вторник. Тихая погода. Опять серебро на деревьях. Много гулял, любуясь и наслаждаясь природой. Вечером была лекция Ф. А. Гриневского о сыпном тифе. Новым для меня было, что распространяющие его вши нападают на людей, находящихся в угнетенном состоянии духа, тогда как не трогают людей бодро настроенных. Из распространения тифа за прошлую и за нынешнюю зиму можно заметить, таким образом, насколько в подавленном состоянии находится население России.
20 ноября. Среда. Полнейшая тишина и ясно при -2°. Дивная погода. Иней продолжает лежать на деревьях. Опять много гулял и мало читал; только по-английски все эти дни занимался довольно усердно. Вечер ясный, лунный; не хотелось входить в дом. Был у всенощной, за которой раздалась песнь "Христос рождается". Говорили с Е. Ф. [Корнеевой] о поэзии, которою обвеяно у европейских народов Рождество Христово.
21 ноября. Четверг. У обедни, затем навещал Нину Николаевну [Готье], и во время моего визита вошла прибывшая из Москвы ее сестра Татьяна Николаевна [Дольник]. Она нашла Н. Н. [Готье] очень изменившеюся к худшему, чего я не находил. Я посидел с ними немного и ушел, уговоривши Татьяну Ник. [Дольник] не возвращаться домой с вечерним поездом сегодня же, как она хотела, а остаться ночевать. После кофе гулял. Вечером был опять у Н. Н. [Готье], которая угощала нас с Таней [Дольник] простоквашею.