-- Ну, это само собою разумѣется! Денегъ сколько?
-- Денегъ не мало. Повѣрьте, раби Шмуль, что я три дня къ ряду уже торгуюсь поцыгански. Стали на крупной цифрѣ, хоть убей ихъ. Ни копѣйки не уступаютъ.
-- Сколько же? повторилъ раби Шмуль, мрачно наморщивъ лобъ.
-- Тысячу... двѣсти рублей ассигнаціями.
-- Взбѣсились они, что ли?
-- А чортъ ихъ знаетъ, уперлись -- да и только. Говорятъ, не будь такія жаркія времена, и за двойную цѣну не согласились бы.
-- Ну, уперлись, пусть ихъ!
-- Раби Шмуль! Что правду таить? Вѣдь дочь ваша далеко не красавица, да и вдобавокъ шепелявитъ и совершенно безграмотна. А передніе зубы? Зубы, зубы, раби Шмуль! Это чего стоитъ?
-- Что толковать о пустякахъ! оскорбленно отвѣтилъ отецъ невѣсты.-- Невѣста не лошадь; въ зубы нечего заглядывать.
-- То-то не лошадь. Только даровому коню въ зубы не смотрятъ, вы же невѣсту не дарите. Десять лѣтъ харчей чего-нибудь да стоятъ. Корми вашу дочь и будущихъ ея дѣтокъ, а вы спихнули съ плечъ товаръ, и знать ничего не хотите.