И странное дѣло! въ цѣлой кучѣ монетъ не оказалось ни одной мѣдной. Смотря на эту толпу обшарпанныхъ бѣдняковъ, нельзя было предполагать подобной щедрости. Какъ видно, всѣ до того увлеклись братскимъ чувствомъ, что перестали разсчитывать и соображаться съ собственными средствами.
-- Братья! сказалъ подрядчикъ, указывая на груду денегъ:-- вотъ истинная набожность! Богъ, покровитель вдовъ и сиротъ, вознаградитъ васъ сторицею. Но наше дѣло еще не кончено. Кто желаетъ и чувствуетъ себя въ силахъ, слѣдуй моему примѣру!
Онъ схватилъ перо и расчеркнулся на листѣ бумаги.
-- Деньги, собранныя тутъ, еще далеко недостаточны на прокормленіе всѣхъ нуждающихся въ вашемъ обществѣ. Кто желаетъ, пусть подпишется на этомъ листѣ, сколько онъ жертвуетъ еженедѣльно, по крайней мѣрѣ, впродолженіе года.
Опять началась давка. Всѣ подписывались съ большимъ рвеніемъ. Суматоха эта продолжалась около часа.
-- Пустите насъ, ради Бога пустите! раздались гдѣ-то въ синагогѣ грубые голоса. Взоры всѣхъ обратились въ ту сторону, откуда слышны были эти голоса. Чрезъ нѣсколько минутъ протиснулось нѣсколько евреевъ самаго дикаго вида, чуть-ли не въ рубищахъ и взошли на эстраду.
-- Говори, Янкель! приказали они одному изъ своихъ товарищей, вытолкнувъ его впередъ:-- ты лучше насъ скажешь.
-- Мы -- водовозы, сказалъ Янкель робкимъ, дрожащимъ голосомъ.-- У насъ, кромѣ кулаковъ, ничего нѣтъ. Наличной мѣдной копѣйки при душѣ не имѣемъ. Но мы тоже евреи; запишите же и насъ безграмотныхъ. Каждый изъ насъ берется, впродолженіе года, возить даромъ воду для трехъ бѣдныхъ семействъ.
-- Богъ видитъ васъ, добрые люди, Онъ же васъ и запишетъ, а вы исполняйте свое обѣщаніе! отвѣтилъ одинъ изъ членовъ.
Громкое одобреніе пронеслось по синагогѣ.