Καί δύο φυσικάς θελήσεις ήτοι θελήματα εν αύτω, καί δύο φυσικάς ένεργείας άδιαιρέτως, άτρέπτως, άμερίστως, άσυγχύτως, κατά τήν τών άγιων πατέρων δίδασκαλίαν ωσαύτως κηρύττομεν και δύο μέν φυσικά θελήματα ούκ ύπεναντία, μή γένοιτο, καθώς οί άσεβεις εφησαν αιρετικοί, άλλ’ επόμενον το ’ανθρώπινον αύτου θέλημα, καί μή άντιπίπτον, ή άντιπαλαίον, μάλλον μέν ούν καί ύποτασσόμενον τω θείω αύτού καί πανσθενεί θελήματι.
Проповедуем, также, по учению св. отцов, что в Нем и две естественные воли или хотения, и два естественные действия нераздельно, неизменно, неразлучно, неслиянно. И два естественные хотения не противоположны [одно другому], как говорили нечестивые еретики — да не будет! — но {стр. 499} Его человеческое хотение не противоречит [= не стоит в противоположности фактически ] и не противоборствует [= не противится преднамеренно ], a следует или — лучше сказать — подчиняется Его божественному и всемощному хотению.
Из событий, сопровождавших VI вселенский собор, имеют интерес а) принятие анафемы на Гонория римскими папами, и б) попытка восстановления монофелитства при Филиппике.
а) В послании собора к Агафону осуждение Гонория поставлено возможно мягко для римской щекотливости: «κατά τήν τοίς ίεροίς ύμών γράμμασιν επ' αύτοίς (ересиархов) προψηφισθείσαν άπόφασιν» собор подверг анафеме еретиков, в числе которых назван и Гонорий. То есть, отцы собора указывают, что папа Агафон, осудив монофелитов, eo ipso заранее implicite осудил и монофелитствующего Гонория. Но в подтвердительной грамоте императора Гонорий прямо называется « ό τής οιρέσεως βεβαιωτής καί αυτός έαυτω προσμαχόμενος, ό κατά πάντα τούτος (монофелитов) συναιρέτης καί σύνδρομος».
Послание отцов было вручено преемнику (с 17 августа 682 г.) Агафона († 10 янв. 682 г.) Льву II, который присоединился к анафеме, произнесенной собором на Гонория, и в своем ответном послании прямо признал, что «Honorius — hanc (= Romanam) sedem non apostolicae traditionis doctrina lustravit, sed profana proditione immaculatam fidem subvertere conatus est (в греч. παρεχώρησε)». Посылая испанским епископам для подписания вероопределение VI вселенского собора, Лев II извещал их и о том, что «вселенский и святой шестой собор» предал анафеме еретиков «cum Honorio, qui flammam haeretici dogmatis non, ut decuit apostolicam dignitatem, incipientem extinxit, sed negligendo confovit». Наконец, анафема на Гонория была внесена в Liber diurnus, по которому повторял ее до XI века каждый новый папа при вступлении на кафедру.
Но снисходительно неопределенные выражения послания собора к Агафону Адриан II (867–872) пытался истолко{стр. 500}вать в пользу римских притязаний на верховенство в церкви и неподсудности пап даже вселенским соборам: не оспаривая факта осуждения Гонория и нисколько не оправдывая своего заблуждавшаяся предшественника, Адриан настаивает, что — не смотря на то, что Гонорий «fuerat super haeresi accusatus» — «et ibi nec patriarcharum, nec caeterorum antistitum cuipiam de eo fas fuerit proferendi sententiam, nisi ejusdem primae sedis pontificis consensus praecessisset auctoritas». Таким образом, деликатно предложенное согласие implicite превратилось в согласие explicite, и притом в смысле condicio sine qua non законности самого суда собора над папою.
б) Монофелитство после собора не имело видных и решительных защитников: но были его темные сторонники утверждавшее, «οτι ή έχτή σύνοδος κακώς έγένετο». С другой стороны, православие получило некоторый характер династического вероисповедания последних (двух) ираклидов. Этими двумя факторами объясняется эфемерное торжество монофелитства при Филиппике Вардане. Когда в 711 году династия ираклидов в лице Юстиниана II Ринотмита (сына Константина) была окончательно свержена, на престол вступил питомец Стефана (ученика Макария антиохийского) Филиппик Вардан, на которого монофелиты давно возлагали надежды (некий ψευδοαββας, затворник в монастыре των Καλλιστράτου, не позже 695 г. предрекал Филиппику долгое и благоденственное царствование — под условием восстановления монофелитства, и взял с него клятву в этом смысле). Новый император в 712 году собрал собор (на нем участвовали Иоанн константинопольский и Герман кизикский), который формально восстановил монофелитство и предал анафеме VI вселенский собор. Но в следующем 713 году Филиппик был свержен с престола, и лжесобор 712 г., не признанный в Риме, не имел убежденных приверженцев и на востоке: сам Иоанн писал в Рим, что собор только οίκονομικώς уступил императору. А Герман. бывший кизикский, с 715 г. преемник Иоанна на константинопольской кафедре, на константинопольском соборе 715 или 716 г. восстановил православие и предал анафеме монофелитов.
{стр. 501}
Марониты
[Судьба монофелитства в последующее время находится в связи с историей секты маронитов]. Существование её [однако] загадочно[121].