Так как положения Софийского собора 815 г. довольно сходны со взглядами, раскрываемыми в Libri Carolini, то не удивительно, что послание Михаила II к Людовику Благочестивому нашло сочувственный прием в империи каролингов Собор Парижский 825 г. стал опять на точку зрения Libri Carolini в вопросе о Никейском соборе и об иконах. Парижские отцы резко порицают и самого папу Адриана I за то, что в своем послании Константину и Ирине он, «как известно, поступил столь безрассудно, приказав суеверно покланяться им (иконам)» (sic indiscrete noscitur fecisse in eo, quod superstitiose eas adоrare jussit), и за то, что он защищал VII вселенский собор против Libri Carolini, хотя он «не столько с умыслом, сколько по неведению отступил от правого пути в этом деле» (quod non tantum scienter quantum ignoranter in eodem facto a recto tramite deviaverit).
Вскоре после Парижского собора епископы Клавдий туринский и Агобард лионский высказались в смысле решительного отвержения икон. В защиту икон писали против них еп. орлеанский Иона и монах сэн-денисский Дунгаль (Dungal).
В связи с возбужденным в Libri Carolini вопросом о смысле слов oratio, adoratio, veneratio, хотя и без прямого отношения к вопросу о VII вселенском соборе и иконах, написано (до 836 г.) Эйнгардом сочинение «О поклонении кресту» (De adoranda cruce), адресованное к Лупу (Lupus), впоследствии аббату феррьерскому[197]. Здесь автор, на основании употребления в библии греческих слов «orationem proseuchin, adorationem proschinusin», старается установить и точное значение соответствующих латинских. Его вывод: «когда ты для поклонения простираешься на землю, ты одновременно и молишься мыслию и покланяешься телесным действием вездесущему Богу, как бы находящемуся тут-же и присутствующему»[198]. В этом смысле Эйнгард понимает и Иоанна IV, {стр. 586} 20–24, признаваясь, что, по его представлениям, он ожидал бы здесь встретить не «adorare», a более точное «orare». Ибо молиться — значит просить невидимого Бога или иного кого-нибудь, на чью помощь можно было бы или подобало возложить надежду, мыслию или голосом, или одинаково мыслию и голосом, без движения тела. Покланяться — значит воздавать почитание предмету видимому, находящемуся на-лицо и присутствующему, или преклонением головы, или согбением или простертием всего тела, или иным каким-либо способом, относящимся, однако же, к движению тела. Ведь мы почитаем многое такое, чему мы не можем и не должны молиться. Достаточно ясно, что весьма часто (в св. Писании) употребляется adoratio, вместо veneratio »[199]. На специальный вопрос Эйнгард отвечает: «думаю, что уже ясно, что поклонение святому кресту не должно быть отвергаемо» (jam liquere puto, quod adoratio sanctae cruci non sit deneganda). Эти разъяснения Эйнгарда, а) что oratiо = умная молитва Богу живому и невидимому; б) adоratio = чествование телесным поклонением предмета видимого; в) между adoratio и veneratio нельзя провести резкой разницы; г) adoratio подобает св. кресту, — очевидно, расходились с терминологиею Libri Carolini и посильно уравнивали путь для признания VII вселенского собора и поклонения иконам.
Отдельные голоса против VII вселенского собора в галльской церкви слышались до конца IX и даже до X в.
{стр. 587}
УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН
Курсивом обозначены страницы предыдущего III тома лекций, прямым шрифтом — страницы настоящего IV тома.
Абу Юсуф 191. Августин бл. 47. 81–3. 94. 95. 97. 102. 108. 130. 132. 141. 163. 174. 188. 203. 204. 269. 271. 272–3. 277-8. 199. 215. 269. 294. 393. 398.
Август имп. 214. 256.
Авдишо (Ebedjesu) 177.