64.
Мне кажется, что ты ответишь также, как один богач сказал: -- я поехал бы работать, да не умею. Я один раз взял косу, замахнулся изо всех сил, и она пробежала поверх травы; в другой раз еще сильней, а она до половины вонзилась в землю; взял серп, долго маялся, полснопа не нажал, а руку серпом порезал. Это было со мной, когда я случайно был там. Но если поехать с целью работать, тогда все люди по близости сбегутся смотреть и смеяться над таким чудом.
-- Почему же ты есть умеешь? -- спросил я у него; -- даже когда ты был двух лет -- и тогда умел, а работать и теперь не умеешь, и еще потому ли ты не умеешь что не можешь уметь, или потому что не хочешь!
-- Конечно потому, что не хочу, -- ответил он.
65.
Богач еще представил такое оправдание:
"Нас Христос искупил своею кровью, как от греха, так и от заповеди, то есть от хлебного труда. А если ты искуплен, то зачем пожираешь чужие труды? -- спросил я. -- Неужели только одних вас, богатых, искупил, а нас нет? Если бы он искупил, приказал бы земле произрастать печеный и готовый хлеб, по вкусу и желанию всякого, или послал бы с неба манну, как израильтянам в пустыне? Тут ясно видно, что он как вас, так и нас не искупил ни от греха, ни от заповеди, то есть от хлебного труда. А должен из нас всякий себя искупить добрыми делами, а на чужие, -- это на Христовы заслуги, -- не надеяться.
66.
Мы грешим, беззаконствуем и определенному в заповеди проклятию подвергаемся, а Христос наши грехи, беззакония и проклятия должен на себя принимать; это хорошо вы придумали, но ошиблись в рассчете.
Нет, всякий человек должен сам себя искупать первородной заповедью: хлеб своих трудов есть.