я весь неловкий как желе
в моей груди вода лепечет.
А нити слякоти плетут —
Москвы недвижимое око
в моих же серых глаз трясину
гляжу колодцами дворов.
И льюсь по капле чтоб над пеплом
кладбищенским помойным суслом
движенья рук моих затеплить
и речи тусклые.