-- Банк.
-- Даю.
-- Семь.
-- Восемь.
И деньги все переходили к князю.
Джон незаметно вошел в ложу и остановился у стола.
Восточная мелодия сменилась грустным, сентиментальным, ироническим смешком Вертинского.
Барлетт спокойно поставил опять банк и открыл девять.
Это было Ватерлоо князя.
Карту за картой бил Барлетт.