Около огня грелись красноармейцы в летних рубашках, обутые вместо сапог в опорки. Плохое снабжение частей явилось результатом вредительства ставленников Троцкого. Они тормозили отправку снаряжения на фронт, и многие дивизии шли в наступление в старом летнем обмундировании. Артиллерия имела ограниченный запас снарядов, тяжелые батареи застряли в Кременчуге.
Начальник 15-й дивизии собрал строгановских крестьян-стариков. Когда им об’явили, в чем дело, старики выделили в качестве проводников столяра Оленчука и пастуха Ткаченко.
— Они лучше всех знают броды Сиваша. Им можно довериться. Они проведут полки... Только бы ветер дул с запада.
Словоохотливый Оленчук об’яснял командирам:
— Прогноин бойтесь — такие грязные жилы, их тут на Сиваше много. Эти самые прогноины от сырой погоды растворяются, и попадись в них человек — моментально затянут его. Оттуда уж не вырвешься.
Крестьяне с саперами отправились на Сиваш ставить вехи. Топкие места мостились фашинами, снопами соломы. Так дошли до проволочных заграждений противника. Начали резать проволоку. Враг услышал и открыл артиллерийский огонь.
Саперы сказали Оленчуку:
— Иди, дед, назад... Неровен час...
— Я сказал: доведу до краю. Молодые себя не жалеют, я ж, старый, кому нужен? — И начал рубить проволоку топором.
Весь день 7 ноября прошел в приготовлениях. Красноармейцы чинили снаряжение, приводили в порядок оружие. Части ждали последнего приказа.