Утром 11 ноября в районе почтовой станции Юшунь полки 51-й и Латышской дивизий встретились с врагом...
Противник не выдержал атаки, его части дрогнули и начали откатываться. Красные овладели Юшунью, охваченной пожаром: горели танки, склады продовольствия, станционные постройки. Удушливый дым горящей муки стлался по земле, покрытой трупами.
Еще одно усилие, и полки пойдут по равнинам Крыма.
Но борьба не кончена.
Стремясь ликвидировать прорыв у Юшуни, Врангель бросил против наших частей корпус генерала Барбовича. Противник пытался взять инициативу в свои руки. Положение наших дивизий стало угрожающим. На левом фланге 51-й дивизии повисла грозная лавина конницы. Но боевой дух белой конницы пал.
Дружный отпор нашей пехоты вынудил противника повернуть обратно.
11 ноября, в 12 часов дня, Фрунзе получил донесение:
«Срочно, всем, всем. Доблестные части 51-й Московской дивизии в 9 часов прорвали последние Юшуньские позиции белых и твердой ногой вступили в чистое поле Крыма. Противник в панике бежит. Захвачено много пленных, артиллерии, морских дальнобойных орудий, пулеметы и прочие трофеи, кои выясняются. Преследование продолжается».
К 10 часам утра 11 ноября белые были выбиты из всех линий Тюп-Джанкойских позиций. На следующий день были взяты таганашские укрепления. Со стороны Чонгарского полуострова вход в Крым был открыт.
Участь армии Врангеля решена. Началось паническое бегство белогвардейцев. Устлав Крымский полуостров трупами своих обманутых солдат, Врангель издал последний приказ: «У нас нет ни казны, ни денег, ни родины. Кто не чувствует за собой вины перед красными, пусть останется до лучших времен».