В конце января 1918 года в кабинете английского консула собрались для дружеской беседы английский адмирал Кемп, консул Холл, Веселаго и генерал Звегинцев. Они ограничились кратким разговором. По-видимому, все было ясно, и нужда в длительных объяснениях отпала.
Веселаго вкратце рассказал, что уже сделано для изоляции Мурманского края. Он заверил собравшихся, что в случае возможного возмущения среди рабочих эти дела уладит председатель Мурманского совета Юрьев…
Адмирал Кемп одобрительно кивал головой.
— Я считаю, — заявил Веселаго, — возможной свою работу только при условии поддержки со стороны адмирала…
Кемп заверил Веселаго:
— Наша помощь вам будет обеспечена…
— Мы создадим, — ответил довольный Веселаго, — новую форму управления взамен существующей…
Вопрос о контрреволюционном перевороте был решен. Заговорщикам надо было спешить — могли разузнать о заговоре и прислать из революционного Петрограда отряды Красной гвардии.
В Мурманск спешно направлялись суда с войсками интервентов. К июлю 1918 года число оккупационных войск в Мурманске было доведено до 8 000 человек. Мурманск намечался союзниками как плацдарм для развертывания оккупационной армии. Белогвардейские подпольные офицерские организации в Петрограде и Москве пересылали на север офицерские отряды.
Облегчая интервентам осуществление их замыслов, председатель Мурманского совета изменник Юрьев отправляет в центр телеграмму, в адрес Троцкого.