Маня устало привалилась спиной к сухому пню. Она то закрывала, то открывала глаза, борясь с дремотой. Слух ее уловил шаги. Они раздавались и спереди и сзади. Там впереди – шаги легкие, редко когда хрустнет ветка, а с другой стороны продвигался кто-то грузный – треск громче и чаще. Девочка насторожилась, поднялась и стала зорко осматривать тропу. Через минуту большая косматая голова показалась на первом повороте.
Маня загородила собой мальчика и приготовилась к защите.
Митя, как только увидел зверя, попятился к пню.
Губы девочки шептали:
– Добрый хозяин, пройди мимо, не трогай нас… Мы ведь тебя накормили жиром.
Она хотела сказать громко, как учила ее мать, но получился еле внятный шепот.
Мишка, по-видимому, услышал слова Мани и остановился; тогда она проговорила более громко:
– Иди, иди назад, добрый хозяин!
«Добрый хозяин» мотнул головой, как будто несогласный с тем, что ему сказала Маня, зарычал, поднялся на задние лапы и двинулся на детей. Он громко сопел, а изо рта брызгала пена.
Вот он рядом.