Отец Мани, мягко ступая по полу комнаты, подошел к Елене Петровне и положил перед ней мешочек из оленьей кожи, наполненный какими-то твердыми пластинками.
– Учиться надо! Мне, Мане и Кате учиться надо… Давай учи!
Катя, мать девочки, низкорослая, с широким лицом и длинными руками, стояла у двери. На ней был ярко-красный платок с цветами и длинный, до полу, кожаный халат, увешанный по подолу в два ряда медными бляхами. Маня держала Митю за рукав и рассматривала его светлые кудри.
– Хорошо, – сказала Елена Петровна и взяла Катю за руки. – Ты что тут у двери стала? Иди сюда, к столу. Ведь учиться будем!
– Чего уж там! Разве это нужно? Это все Егор…
Елена Петровна развязала мешочек и высыпала из него на стол десятка три блестящих костяных пластинок.
– Что это?
Егор улыбнулся:
– Сама смотри!
– Василий Игнатьевич, иди сюда! – крикнула Елена Петровна.