На влажном приплеске каждый день можно было найти что-нибудь новое. Волны выбрасывали морских ежей, раковины, длинные и широкие листья морской капусты, груды курчавых водорослей.
Вправо от устья речки песчаный берег моря упирался в отвесные скалы. Серые утесы с огромными трещинами, источенные водой и ветром, угрюмо смотрели на широкий простор колеблющегося водяного поля.
Митя пробежал через косу, спустился к морю и глубоко вздохнул. Солнце светило и грело. С берега дул легкий ветерок; пахло свежим мхом и багульником.
Вдоль приплеска суетились кулики и острыми носами стучали по гравию.
«Чувить! Чувить!» кричали они, бегая на длинных ногах-ходулях, и задорно задирали маленькие хвосты, не обращая внимания на мальчика.
Митя бросал в них камешками.
«Чувить!» все разом вскрикивали кулики и перелетали дальше к утесу.
У самого мыса носатые птички последний раз поднялись и умчались за мягкую мшистую полянку, расстилавшуюся светлозеленым ковром по ближайшему склону холма.
«Что такое там за горой? – подумал мальчик. – Кулики всегда улетают туда. Пойду посмотрю».
Через мыс вела тропинка, и Мити побежал по ней, утопая в сухом мхе тундры.