-- А вы видели, куда пошел торговец соколами и где его лавка?
-- Нет, господин, этого нам нельзя было узнать, но вы очень легко найдете его на площади.
-- Тише, отойдите, -- вдруг перебил спутник нищих и оттащил их в тень, падавшую от противоположного дома, -- вы верно напали на след. Это ни кто иной, как граф де Люинь. Черт возьми, надо предупредить его. Он нас не видит. Убирайтесь живее! Вот вам кошелек.
В то время, как человек в шляпе шепотом говорил с Жаном и Жюлем, приказывая им уходить, граф де Люинь подошел ближе. Он, по-видимому, не обратил внимания на стоявших в тени нищих и их спутника. С ним был какой-то гвардейский офицер или кто-то из придворных.
Нищие, крадучись, отошли.
-- Они ищут дом, -- пробормотал их спутник, оставшись один и следя за Люинем. -- На этот раз патеру не уйти от меня.
Сидевшая у дома нищая, все видевшая и слышавшая, вздрогнула, когда граф де Люинь прошел мимо нее.
-- За что они преследуют бедного патера? -- прошептала она. -- Он, наверное, и есть торговец соколами, пойду предупрежу старика.
У лавок, освещенных фонарями и лампами, шло самое оживленное движение. Толпы пьяных с песнями и криками разгуливали по площади. И лишь богатые и любопытные останавливались у слабо освещенной лавки флорентийского торговца соколами, который, молчаливо сидя в глубине ее, смотрел на бурлящий вокруг праздник.
На нем был черный бархатный берет и широкий черный плащ, резко контрастирующие с седой бородой и очень бледным лицом.