Мария Медичи ответила им молчаливым кивком и вместе с д'Эперноном и герцогиней прошла к приготовленной для нее карете.
Слуга герцога, захватив сто плащ, помог остальным дворянам сесть во вторую карету и на лошадей.
Был ровно час пополуночи, когда обе кареты в окружении вооруженных всадников выбрались из парка и с небывалой скоростью устремились на юг страны.
XXXII. ПОЖАР
Когда Жозефина выбежала из дома Ренарды и поспешила за угол к ожидавшей ее Магдалене, она убедилась, что Милон исполняет свое обещание не следить за ней. Увлекая подругу за собой, она торопливо рассказывала ей о своем визите:
-- Я говорила с ним! -- Он действительно очень добрый и благородный человек, этот мсье Милон, и сейчас же отправится со своими друзьями на помощь тому мушкетеру. Он обещал мне это!
-- Значит, мы исполнили нашу обязанность. Пойдем теперь скорее на остров, я беспокоюсь как там Нарцисс...
-- А меня мучает вещь, о которой я прежде не думала, -- сказала Белая голубка. -- Мсье Милон говорил, что тем троим, поехавшим за тем мушкетером, грозит смерть. Хотя Жан и Поль -- дурные люди, а все-таки они мне братья. Подумай только, Магдалена, что из этого всего выйдет! Ведь если их убьют, меня всю жизнь будет мучить совесть.
-- Они поехали, чтобы сделать злое дело, Жозефина, и совесть стала бы мучить тебя тогда, если бы ты допустила смерть виконта д'Альби. Твои братья сами ведь знали, что рискуют в этом деле своими жизнями, потому-то и набрали с собою оружия. Поверь мне, мы с тобою не сделали ничего дурного. Самому Богу известно, что мы лишь исполнили свой долг.
-- Мне тоже так думалось, теперь так тяжело на сердце от мысли, что братьев, может быть, убьют, и все из-за меня! Ты ведь знаешь, я не люблю их, иногда мне начинает казаться, что они мне вовсе и не братья -- уж сколько раз молила я Бога простить мне это прегрешение, -- а теперь мне кажется, что я приняла на душу еще больший грех.