Две комнаты Эстебаньи были рядом с кабинетом и будуаром королевы. В любое время дня и ночи Анне Австрийской стоило только позвонить, и верная донна сейчас же являлась к ней. Эта возможность успокаивала ее.
Поздно вечером, уйдя к себе в кабинет, Анна Австрийская отпустила своих дам. Донна Эстебанья принесла ей на золотом подносе письма. Эти письма, желанные вести с милой родины, были единственным радостным событием в жизни молодой королевы.
-- Наконец-то! -- воскликнула она, прижимая письма к груди. -- Наконец-то вы здесь, милые посланники моей прекрасной родины. От моего брата, инфанта Филиппа...
Королева нетерпеливо разорвала конверт, а донна Эстебанья стояла перед ней с необыкновенно серьезным лицом, что редко случалось, так как почти всегда оно бывало покойно и ясно.
-- Как! -- изумилась Анна Австрийская, читая. -- Эстебанья, что это значит? И прошлое мое письмо не получили в Мадриде, а я сама отдала его советникам, второе письмо пропадает. Вот и сегодня ко мне не дошло, как я вижу, письмо от одной из моих сестер, что это значит? Мне очень досадно, что мое последнее письмо пропало. Я в нем писала о вещах, которые касаются здешнего двора... Мне непременно нужно узнать, куда же девались мои письма?
-- Напрасно будете беспокоиться, ваше величество, -- ответила донна Эстебанья обычным решительным тоном, -- господа советники скажут вам то же, что очень холодно и сухо сказали мне на днях: "Из кабинета аккуратно отправляются все письма, но нельзя поручиться, что некоторые иногда могут затеряться по такой дальней и не везде безопасной дороге, как в Мадрид".
-- Так и твои тоже пропали? -- поспешно спросила Анна Австрийская.
-- Я разделяю вашу участь, Анна... два мои письма не дошли по назначению, и на мои настойчивые расспросы господа советники постоянно давали тот полууклончивый, полурешительный ответ, который я сейчас передала вам.
-- Это неслыханные вещи, Эстебанья, такое небрежное отношение к нашим поручениям переходят всякие границы... я пошлю жалобу к моему отеческому двору.
-- Жалоба тоже не дойдет в Мадрид, -- ответила Эстебанья и, увидев, что молодая королева не знает что и думать, прибавила, понизив голос. -- Тут причина не в беспорядке кабинета или небрежности, а в намеренном наблюдении за всеми письмами, которые посылаются из этих комнат.