- Напротив, мне кажется, теперь-то мы и должны быть ближе, - с раздражением вскричал Милон. - С ним ведь, разумеется, явится целый хвост свиты, а от некоторых из этих господ надо стеречь все, что можно унести в руках.
- С ним будет человек пять гвардейцев, и они, конечно, будут следовать за ним по пятам и охранять его, - продолжал маркиз.
- Неслыханная дерзость! Являться в королевский дворец со стражей! Чего только не позволяет себе этот кардинал! - проворчал Милон.
В глубине галереи, между тем, показался Ришелье с двумя кавалерами своей свиты и пятью гвардейцами.
Трое мушкетеров стали на ступеньках у дверей королевы.
Красивый, живописный наряд мушкетеров резко отличался от безвкусного красного костюма гвардейцев.
У мушкетеров были полусапожки с кружевами на отворотах, голубые мундиры и нарядные белые полуплащи. На гвардейцах - белые чулки в обтяжку и башмаки с пряжками, их красные мундиры слишком блестели и бросались в глаза.
Ришелье подошел ближе.
Разговаривая со своими двумя спутниками, он, как будто, и не замечал мушкетеров, стоявших навытяжку перед ним. Пять гвардейцев следовали за кардиналом: де Пеллерон, Гри, Рансон, Алло и д'Орфуа. Еще несколько человек стояло у ворот Лувра.
Кардинал со своими двумя спутниками поднялся на ступени, а гвардейцы остались внизу ждать своего повелителя.