- Сохрани Бог, дружок! Ну, говори скорее!
- Видишь ли, вчера здесь был Франсуа, сын соседа-торговца, мы с ним одних лет и часто видимся. Я заговорил с ним об уроках. Вдруг он меня спросил: "Скажи, пожалуйста, Нарцисс, господин Вильмайзант твой отец?" Я с удивлением на него посмотрел и сразу не знал, что ему ответить. "Ты всегда говоришь ему "вы" и "господин", - продолжал Франсуа, - матушка говорит, что у господина Вильмайзанта никогда не было жены и ты не можешь быть его сыном".
- Что же ты ответил любопытному Франсуа? - спросил Милон.
- Нет, я не думаю, что господин Вильмайзант мой отец, - ответил я. "Так кто же твой отец? - спросил Франсуа, - и где твоя мать? Как же тебя зовут?"
- Да ведь ты знаешь, что меня зовут Нарцисс, - ответил я.
- Да, это твое имя, а фамилия какая, и где твоя мать? - спросил он. Я не знал, что мне ему сказать, дядя Милон, и никак не могу забыть его вопроса. Мне как-то грустно стало после этого.
- Бедный ты мой, милый мальчик! - сказал мушкетер, притянув к себе ребенка.
- Я и решился, так как ты всегда ласков со мной, как отец, спросить тебя сегодня, кто же в самом деле мой отец и где моя мать? Ты мне скажешь, дядя Милон? Ах, ты так бы обрадовал меня этим! Ведь Франсуа правду говорит - у какого ребенка нет отца и матери? Должен же я знать, чей я. Маркиз и виконт, вы очень добры ко мне, вы мои милые дяди, но я хотел бы видеть моих отца и мать.
- Да неужели ты так ничего и не помнишь о прошлом, Нарцисс? Подумай, постарайся припомнить!
- Я помню, Милон, что я был очень болен, что вы с маркизом и виконтом приходили ко мне, что господин Вильмайзант постоянно перевязывал мне руки. О, как это иногда бывало больно! У меня было много ран и я кричал от боли. Потом я припоминаю, что у господина Вильмайзанта был помощник, часто сидевший у моей кровати, еще помнится, что когда-то прежде здесь был человек, у него был медведь, лев и маленькая лошадка, впрочем, нет. Наверное, я видел все это во сне. Это было очень страшно.