Анна Австрийская простилась с королем и вернулась на свою половину.
Людовик долго смотрел ей вслед серьезным, задумчивым взглядом, сделал несколько шагов вперед, как будто хотел догнать ее, но сдержался и остался.
- Бедная мать! - прошептал он, - я разделяю твои страдания. Самое тяжелое ты уже пережила, время вылечит и тебя. Что бы с нами было, если бы мы не могли забывать.
XIV. ЗАГОВОР
Ришелье начала одолевать болезнь. Пошатнулось его железное здоровье, дававшее ему возможность просиживать ночи напролет за самой тяжелой умственной работой.
Страдания по временам доходили до того, что он не мог выходить из комнаты и двигаться - его возили в кресле.
От этого кардинал становился угрюмым и его плохое расположение духа отражалось на окружающих.
Он подписывал все больше и больше жестоких приговоров, а вместе с этим усиливалось и недовольство, которое знать уже не скрывала.
Ришелье ждал только появления наиболее неопровержимых доказательств грозящей опасности, чтобы явиться к королю с докладом.
Мятеж вспыхнул. Наступила пора действовать.