Мариэтта горько рыдала.
- Полно! - стал он просить ее слабым голосом, - это Божья воля, мы не должны роптать, Мариэтта! А каково было бы бедному мальчику, если бы кто-нибудь из нас двоих не остался бы с ним? Береги его, как зеницу ока, и никому не говори, кто он. Ты ведь знаешь, Мариэтта, мы дали священную клятву. Не отягощай прощания, моя милая, дорогая жена, мы опять увидимся с тобой на небе. Заботься о мальчике, чтобы он был здоров и не попал бы в дурные руки, пока жива - оберегай его от несчастья, греха и дурных мыслей. Когда он вырастет, то спокойно закроешь глаза, а до тех пор свято исполняй свои материнские обязанности.
- Даю тебе слово, - заливаясь слезами ответила Мариэтта, - что буду ему заботливой матерью. Ах, неужели мне придется пережить тебя!
- Не плачь, - тихо уговаривал ее Раймонд, - позови сюда всех, скоро конец.
Пришел Раналь, ведя за руку мальчика. Все трое стали на колени возле умирающего и молились.
Еще раз улыбнулся рыцарь своей верной жене и мальчику, и все кончилось.
Рыцарь Раймонд лежал тихо, умиротворенный, словно мирно отдыхал от всех земных забот и горестей.
Он с чистой совестью перешел в лучший мир.
Наступил вечер. В комнате, где лежало тело Раймонда, было тихо и темно. Раналь неторопливо, как бы смущенно, подошел к Мариэтте и протянул ей руку.
- Мы теперь одни здесь остались с вами и с вашим мальчиком, мадам Мариэтта, - сказал он тихим, дрожащим голосом, - тяжела ваша потеря, рассчитывайте всегда и во всем на мою помощь. Конечно, я не могу быть вам опорой, мадам Мариэтта, так как вы ведь здесь хозяйка, а я только кастелян, но я всей душой готов доказать вам мою преданность.