- Да, да разумеется, вы не можете объяснить мне ничего! - проговорил Ришелье в самом дурном расположении духа, - да, наконец, я и сам ничего не понимаю!
В эту минуту часы, стоявшие на мраморной доске камина, пробили час. В кабинет вошел камердинер.
- Что там такое? - спросил кардинал, оглядываясь.
- Какой-то гвардеец просит позволения увидеть вашу эминенцию. Он говорит, что видел свет в окнах и, значит, вы еще не изволите почивать, - доложил камердинер.
- Как его зовут?
- Жюль Гри.
- А! Хорошо! Пусть войдет! - вскричал Ришелье и лицо его несколько просветлело, так как появилась надежда добиться какого-нибудь разъяснения.
- Ступайте и отдохните, патер Жозеф, - прибавил он, обращаясь к своему серому двойнику, - завтра нам предстоит много работать и многое обсудить.
Жозеф покорно встал, поклонился и вышел.
В кабинет тотчас же явился достойный сын и ученик отца Гри. Поверх красного мундира кардинальской гвардии на нем был накинут темный плащ, по виду которого можно было сразу же догадаться, что его хозяин вернулся из длительного путешествия.