- Ложь! Подлая ложь! Я защищался!
- Ваша вина по отношению к нам, по просьбе господина барона де Сент-Аманд, прощена вам! Мы не хотим, чтобы вы думали, что мы в нашем приговоре руководствуемся личной враждой.
- А, так вы хотите очиститься от этого подозрения? Премного благодарен вам за ваши великие милости! - засмеялся Жюль Гри.
- Но мы знаем друг друга! Будет еще и на моей улице праздник! Вы не раз еще вспомните эту ночь, это я вам обещаю. Произнесите только ваш приговор! Увидим еще, чья возьмет!
- Теперь я приступаю к последнему и самому главному пункту обвинения, - снова начал маркиз, не обращая внимания на дерзкие слова обвиняемого, - к убийству старого кастеляна замка, Баптиста Раналя.
- Убийство? - спросил, побледнев, Жюль Гри.
- Кастелян перед смертью показал, что вы смертельно ранили его у блокгауза, в лесу. Раналь работал около срубленного дерева, когда вы подошли к блокгаузу, держа в руках уже приготовленный мушкет. Вы приблизились к старику, грубо начали выговаривать ему за то, что он отнес мальчику немного пищи. "Мальчишка должен умереть", - кричали вы, - "а вы даете ему есть! Я научу вас подчиняться"! Когда же старик Раналь спросил вас, имеете ли вы право морить голодом несчастного мальчика, вы подняли свой мушкет и выстрелили в кастеляна. Хотите ли вы что-нибудь сказать в ответ на это обвинение?
- Он раздразнил меня своими словами! Я застрелил его потому, что он был строптивый, непокорный слуга!
- Вы совершили убийство и будете за это наказаны, - продолжал маркиз.
- Господа, - обратился он к Милону и виконту, - мы должны произнести приговор. Я считаю, что за убийство кастеляна он заслуживает смерти - кровь требует крови. О других его преступлениях мы уже говорить не будем. Только одна смерть может искупить его вину.