Из церковнослужителей только аббат и ризничий должны были присутствовать при венчаний. Всему же событию этой ночи надлежало оставаться в глубокой тайне.
При спуске в просторную сводчатую Крипту взору открывался длинный ряд гробниц, в которых покоились члены королевского дома. Между ними был оставлен широкий проход с колоннами, который вел к алтарю, находящемуся в глубине склепа, освещенного множеством свечей. Ступени алтаря были устланы роскошным мягким ковром.
По приказу аббата склеп в течение всего вечера несколько раз окуривали ладаном, от которого в нем приятно благоухало.
Когда ризничий торжественным голосом доложил своему настоятелю о прибытии кареты, аббат, с трудом сдерживая любопытство, отправился в склеп.
- Известно ли вашему преподобию, что особа, над которой вы будете совершать обряд венчания, сама наша благочестивейшая, всемилостивейшая королева? - спросил ризничий.
- Конечно, известно, любезный друг, - ответил аббат, знавший слабую струнку старика - болтливость.
- Неужели брак будет заключен здесь, в таком уединении и среди могил?
- Непременно! Да, но с блеском и великолепием, друг мой!
- Но кто же, ваше преподобие, высокопоставленный жених нашей благочестивейшей королевы?
- Отправляйтесь к вашим обязанностям, - ответил аббат, не обратив никакого внимания на вопрос любопытного ризничего.