-- Я хотѣлъ еще разъ увидѣть тебя, сказалъ онъ, я боялся что мнѣ придется долго еще пролежать здѣсь, или... онъ не договорилъ, но этого "или" было достаточно чтобы наполнить ужасомъ и горемъ душу Лили.
-- Ты хочешь меня покинуть! вскричала она падая на колѣни. О! зачѣмъ ты не берешь меня съ собой!
-- Будь спокойна Лили, не убивайся такъ. Намъ надо еще много переговорить, а мои силы не велики, сказалъ Бруно. Меня пугаетъ, что я не могу защитить тебя теперь, когда защита тебѣ всего нужнѣе. Гагенъ, другъ мой, обѣщался сдѣлать для тебя все возможное, но все-таки мнѣ тяжело быть прикованнымъ къ постели въ то время, когда рѣшаются важные для тебя вопросы. Ты сама много страдала, но не обвиняй меня за случившееся, не въ моей власти было отклонить его. Смерть страшна мнѣ только потому, что я долженъ покинуть тебя здѣсь одну. Но успокойся-же, ради Бога, успокойся!
-- Нѣтъ! это не можетъ быть! нѣтъ! вскричала въ отчаяніи Лили. Небо не будетъ такъ жестоко. Заклинаю васъ! обратилась она къ Гагену, съ умоляющимъ видомъ. Скажите мнѣ вѣдь спасенье еще возможно? не правда-ли? Не отнимайте у меня послѣдней надежды.
-- Конечно возможно! отвѣчалъ Гагенъ. пока въ больномъ есть искра жизни, нельзя отчаиваться спасти его. Я часто видѣлъ что Богъ спасаетъ того кто приговоренъ людьми.
-- Слышишь, Бруно! я буду день и ночь молить Бога и онъ не отниметъ у меня мою послѣднюю опору, мое счастье!
-- Слушай, Лили! Сказалъ Бруно съ печальной улыбкой. Я долженъ многое сказать тебѣ. Вы, Гагенъ, слушайте мои слова. Я знаю въ какомъ положеніи дѣло я знаю что графиня но старому продолжаетъ не признавать тебя. Я знаю что мое отсутствіе было для тебя большей потерей. Меня утѣшала только мысль, что ты находишься подъ защитой этого благороднаго человѣка, продолжалъ онъ протягивая руку доктору Гагену. Въ замкѣ ты погибла бы. Чего ради этотъ Митнахтъ хотѣлъ убить тебя!
-- Это можно объяснить, замѣтилъ Гагенъ. Если вспомнить, что графиня была особеннымъ образомъ связана съ этимъ Митнахтомъ, за долго до появленіи ея въ замкѣ.
-- Это очень важно для насъ?
-- Не такъ важно какъ это сначала кажется, сказалъ Гагенъ. Мы можемъ дѣлать предположенія, вѣрить тому и другому, но все это не будутъ доказательства, а они-то только и нужны для судей.