-- Все напрасно, мнѣ не на что больше надѣяться, также тихо отвѣчала Лили, съ ужасомъ глядя на окна съ рѣшетками, о, Боже мой, неужели это правда! это ужасно!
Она отвернулась и закрыла лицо руками; Гагенъ слышалъ какъ она тихо плакала и это разрывало ему сердце.
-- Не плачьте, графиня, вы и такъ уже пролили слишкомъ много слезъ, сказалъ Гагенъ, соберитесь съ мужествомъ! Я обѣщаю вамъ, что я безъ устали буду трудиться чтобы освободить васъ, что я наконецъ обнаружу истину! Силой тутъ ничего нельзя сдѣлать, надо дѣйствовать осторожно, хитрить.
-- Еслибы только Бруно остался живъ.
-- Я надѣюсь на это.
-- Онъ еще не знаетъ ничего, что со мной случилось.
-- Ему еще нельзя было говорить объ этомъ.
Лили задумалась. Въ эту минуту карета остановилась.
Наступила рѣшительная минута. Гагенъ вышелъ и помогъ выйти Лили. На дворѣ тамъ и сямъ стояли сумасшедшіе.
Здѣсь должна была она остаться между этими людьми.