-- Но я уже сказалъ ему, что не знаю никакого Кингбурна.
-- Все равно, скажите что вы не поняли его, а теперь хотите свести къ этому Кингбурну.
-- Но если онъ мнѣ не повѣритъ?
-- Онъ повѣритъ, когда вы скажете ему, что молодая гувернантка въ домѣ вашего друга зовется Марія Рихтеръ, запомните хорошенько это имя, Макъ-Алланъ. Вы ошибались, когда давича говорили, что онъ пріѣхалъ не изъ любви. Онъ ищетъ молоденькую гувернантку потому, что любитъ ее и хочетъ увезти назадъ.
-- Хорошо, я готовъ, сказалъ ирландецъ, вставая.
-- Еще одно, Макъ-Алланъ. Замѣтьте что онъ будетъ писать или телеграфировать въ Европу, продолжалъ Митнахтъ, и постарайтесь узнать къ кому и что будетъ имъ писать?
Макъ-Алланъ поспѣшно повиновался и, въ то время какъ Митнахтъ снова развеселился и сталъ пить шампанское съ Бэллой, снова спустился внизъ въ залу.
Митнахтъ слѣдилъ за нимъ взглядомъ и видѣлъ какъ онъ снова подошелъ къ Нейману и вошелъ съ нимъ въ нишу, чтобы спокойно переговорить.
-- Скажите пожалуйста, сказалъ Макъ-Алланъ, послѣ нѣсколькихъ незначительныхъ словъ, ошибся ли я, что вы давича упоминали про имя Кингбурга?
-- Конечно! Я вѣроятно не ясно произнесъ это имя! Развѣ вы знаете мистера Кингбурга? сказалъ полицейскій инспекторъ, здѣшній мировой судья не слыхалъ о немъ.