-- Мнѣ кажется оттуда! отвѣчалъ лѣсничій, указывая пальцемъ въ ту сторону, откуда по его мнѣнію слышался крикъ.
-- Это значитъ со стороны скалъ, сказалъ господинъ фонъ-Митнахтъ.
-- О, Боже! такъ оттуда! вскричала Марія, пойдемте же скорѣе.
-- Возьмите съ собою троихъ людей и ступайте по той дорогѣ къ тремъ дубамъ, лѣсничій, распоряжался управляющій, а я съ тремя пойду по этой дорогѣ къ обрыву, смотрите, Обыщите каждое деревцо, каждый кустикъ.
Губертъ, кучеръ съ фонаремъ и двое конюховъ, отправились по указанной дорогѣ; фонъ-Митнахтъ пошелъ съ Маріею по дорогѣ, по которой шли обѣ дѣвушки вечеромъ. Его сопровождали; работникъ, садовникъ и конюхъ, двое послѣднихъ несли фонари. Какое-то ужасное впечатлѣніе производили эти люди, во мракѣ ночи съ фонарями блуждавшіе по лѣсу. Скоро оба отряда потеряли другъ друга изъ виду, такъ какъ дороги расходились въ совершенно противоположныя стороны. Марія громко звала Лили, далеко раздавался крикъ управляющаго, но отвѣта не было. Лѣсъ былъ погруженъ въ глубокое, мрачное безмолвіе и только глухо и страшно отдавалось эхо.
Садовникъ съ фонаремъ шелъ впереди, конюхъ съ другимъ освѣщалъ и обыскивалъ кусты, которые росли у дороги. Такимъ образомъ подошли они къ роковому мѣсту, гдѣ близь дороги лежали крутыя, обрывистыя, известковыя скалы.
Вдругъ садовникъ нагнулся.
-- Что это такое, вскричалъ онъ, поднимая что-то съ дороги, это кажется шляпа и вуаль молодой графини.
Слова эти произвели ужасное дѣйствіе на всѣхъ среди мрачной ночной обстановки лѣса, при шумѣ прибивающихъ волнъ.
Марія подбѣжала къ садовнику, взяла у него изъ рукъ шляпу, и поднесла ее къ фонарю.