Когда Губертъ услышалъ о найденныхъ вещахъ и объ оторванномъ кускѣ земли, онъ стоялъ, какъ бы пораженный громомъ.
Управляющій и садовникъ стали разсматривать мѣсто.
-- Не ходите сюда всѣ! приказалъ фонъ-Митнахтъ, вы затопчите слѣды
-- Здѣсь слѣды всѣ видны и на дорогѣ, но дождь ихъ уже сгладилъ, сказалъ садовникъ, молодая графиня вѣдь не ходила же взадъ и впередъ, тутъ слѣды не однаго человѣка! Это можно ясно видѣть вотъ и здѣсь на мху, ихъ по крайней мѣрѣ было двое.
Марія содрогнулась; въ подобныя минуты невообразимое и невозможное кажется намъ возможнымъ. Она вообразила, что Лили погибла здѣсь вмѣстѣ съ Бруно.
-- Здѣсь совершено преступленіе, пояснилъ вдругъ садовникъ, въ этомъ я убѣжденъ. Господинъ управляющій, взгляните сюда, здѣсь происходила борьба.
-- Вы ошибаетесь, я не могу себѣ это представить, кто могъ бы быть здѣсь въ лѣсу?
-- Это извѣстно одному Богу, отвѣчалъ уже пожилой садовникъ, но несчастіе, происшедшее здѣсь не было случайнымъ. На землѣ отпечатались слѣды маленькихъ ногъ молодой графини; она упиралась, я полагаю вотъ здѣсь, гдѣ оторванъ большой кусокъ земли. Это убійство и больше ничего!
Марія внѣ себя отъ горя и отчаянія обратилась къ управляющему, спрашивая его не видать ли еще чего-нибудь, что навело бы на слѣдъ Лили.
-- Ничего, объявилъ фонъ-Митнахтъ, нѣтъ болѣе никакого сомнѣнія, она упала внизъ.