-- Совершенно вѣрно. Вы не родственникъ ли ея?
-- Нѣтъ, господинъ сенаторъ, даже не знакомый, тѣмъ не менѣе я имѣю необходимость говорить съ молодой особой и даже увезти ее обратно въ Европу.
-- Какъ это странно! Можетъ быть она получила наслѣдство? Но мисъ Рихтеръ говорила мнѣ, что у нея нѣтъ никого родныхъ.
-- Нѣтъ, не наслѣдство, а совершенно другое обстоятельство принуждаетъ меня искать фрейлейнъ Рихтеръ, отвѣчалъ Гагенъ. Мнѣ нужно предложить ей одинъ вопросъ величайшей важности, послѣдствіемъ котораго можетъ быть обратный отъѣздъ мисъ Рихтеръ въ Европу.
-- Это будетъ очень непріятно для меня, а въ особенности для дѣтей, которые сильно привязались къ своей гувернанткѣ.
-- Мнѣ очень жаль, что я принужденъ доставить вамъ непріятность, но я убѣжденъ, что вы согласитесь со мною когда я скажу, что дѣло идетъ о жизни человѣка! Молочная сестра вашей гувернантки подвергается опасности потерять свое имя и имущество и только показанія фрейлейнъ Рихтеръ могутъ измѣнить дѣло, г. сенаторъ.
-- Нашъ долгъ велитъ намъ помогать притѣсняемымъ! Прошу васъ, пожалуйте ко мнѣ. вы можете свободно переговорить съ миссъ Рихтеръ.
Гагенъ былъ пріятно пораженъ любезнымъ пріемомъ сенатора и видѣлъ себя наконецъ у цѣли. Онъ самъ только разъ видѣлъ Марію Рихтеръ, но его дѣло было достаточно важно чтобы говорить самому за себя.
Мистеръ Кингбурнъ оставилъ вмѣстѣ съ нимъ контору и повелъ его по внутренней лѣстницѣ къ себѣ въ квартиру, отдѣланную со вкусомъ и роскошью. Онъ открылъ дверь въ пріемную и, позвавъ служанку, приказалъ попросить въ пріемную мисъ Рихтеръ, затѣмъ оставилъ Гагена одного, чтобы не мѣшать ему.
Гагенъ былъ въ весьма понятномъ волненіи, ожидая свиданія съ такъ долго отыскиваемой дѣвушкой.