Сказавъ это, графиня отворила дверь и впустила Леона, который съ насмѣшливой улыбкой поглядѣлъ на Лили.
-- Наблюдайте за больной хорошенько, сказала ему графиня. Только что происшедшая сцена доказала мнѣ, что умственное разстройство этой дѣвушки еще болѣе усилилось.
Лили поблѣднѣла и чуть не упала въ обморокъ: она поняла, что все погибло, что ея заключенію не будетъ конца, если Бруно не освободитъ ея.
-- Я слагаю на васъ отвѣтственность за все, продолжала графиня, эта дѣвушка отдана вашимъ попеченіямъ и вамъ будетъ съ ней много хлопотъ. Что же касается меня, то я не желаю, чтобы она меня болѣе безпокоила своими требованіями.
Сказавъ что, графиня повернулась и, вмѣстѣ съ Леономъ, вышла изъ комнаты, которую онъ заперъ на ключъ.
Оставшись одна, Лили упала на колѣни и стала молить Бога, чтобы онъ даровалъ успѣхъ ея плану бѣгства съ Бруно, такъ какъ, если и эта попытка не удастся, то она погибла.
Въ сильномъ безпокойствѣ, колеблясь между страхомъ и надеждой, ожидала она ночи.
Она положительно была не въ состояніи Оставаться здѣсь долѣе, такъ какъ не пережила бы этого заключенія. Близость бывшаго доктора умалишенныхъ, который былъ для нея ненавистенъ, не давала ей покоя ни днемъ, ни ночью, такъ какъ онъ могъ придти во всякое время и снова говорить о своей любви. Кромѣ того, она боялась ѣсть и пить и по большей части питалась однимъ хлѣбомъ, будучи убѣждена, что онъ безвреденъ.
Наконецъ наступилъ вечеръ. По приказанію доктора, огня ей не давали. Около восьми часовъ, ей принесли свѣжей воды, а послѣ того уже никто не приходилъ.
Время шло необыкновенно медленно. Она стояла у окна и глядѣла въ паркъ. По ея разсчетамъ должно было скоро наступить то время, когда пріѣдетъ ея женихъ. Изъ ея комнаты не было видно, спятъ ли уже въ замкѣ или еще нѣтъ.