Бруно наклонился надъ нимъ. Его страхъ смѣнился надеждой, когда онъ замѣтилъ что Фейтъ подаетъ еще признаки жизни. Грудь старика медленно подымалась и опускалась.
Прежде всего необходимо было унести несчастнаго отсюда и поручить его попеченіямъ доктора. Бруно поспѣшно вышелъ изъ пещеры и не говоря ни слова мальчику о своей находкѣ, поднялся вмѣстѣ съ нимъ наверхъ обрыва.
-- Не говори сегодня никому о томъ, что мы были тамъ внизу, сказалъ Бруно, когда они были уже на дорогѣ, отдавая сіяющему отъ радости Михелю обѣщанный таллеръ.
-- О! да, конечно! я никому не буду говорить, отвѣчалъ мальчикъ.
-- Завтра или послѣ завтра, пожалуй, можешь говорить, но лучше будетъ, если ты пока объ этомъ не будешь разсказывать. Если ты промолчишь, я дамъ тебѣ еще таллеръ.
Мальчикъ обѣщалъ непремѣнно молчать и простившись съ Бруно побѣжалъ за своими коровами, которыя въ это время ушли такъ далеко, что звонъ ихъ колокольчиковъ былъ едва слышенъ.
Наконецъ, попытки Бруно увѣнчались полнымъ успѣхомъ!
Вернувшись въ городъ, онъ тотчасъ же велѣлъ нанять карету, собралъ нѣсколько одѣялъ, чтобы было чѣмъ укутать больнаго и захватилъ два фонаря, такъ какъ дѣло подвигалось уже къ вечеру.
Окончивъ поспѣшно всѣ эти приготовленія, Бруно выѣхалъ изъ города, взявъ съ собой только одного слугу на вѣрность и скромность которого онъ могъ положиться.
Солнце уже сѣло и начинало быстро темнѣть, когда карета приблизилась къ обрыву. Конечно вечеромъ путь внизъ былъ опаснѣе, но медлить было нельзя такъ какъ старый Фейтъ могъ умереть съ минуты на минуту. Быть можетъ теперь еще было возможно возвратить несчастнаго къ жизни.