Потомъ, не заботясь болѣе о судьбѣ несчастнаго, онъ вошелъ въ рабочую комнату и сталъ продолжать прерванное занятіе.
Набивъ всѣ карманы деньгами, онъ поднялъ валявшійся тутъ же пустой мѣшекъ и наполнилъ его на столько, сколько могъ поднять. Затѣмъ онъ вошелъ въ подвалъ и развязалъ ноги уже задохнувшагося мистера Артизана.
Потомъ, не будучи никѣмъ замѣченъ, вышелъ изъ дому и исчезъ среди ночнаго мрака, царствовавшаго вокругъ Артизанъ-Рокса.
XIX.
Новое преступленіе.
Старый Фейтъ лежалъ на постели въ задней комнатѣ дома доктора Гагена и казалось долженъ былъ умереть не придя ни разу въ полное сознаніе. Жизнь едва держалась въ немъ и по всей вѣроятности, его слабость много зависѣла отъ тѣхъ лишеній, которыя ему приходилось переносить во время жизни въ мѣловыхъ пещерахъ.
По наружности, онъ былъ еще сильный и здоровый старикъ. Еще теперь, лежа на постели, онъ былъ похожъ на спящаго горнаго духа, принявшаго человѣческій видъ. Его большая голова, съ длинными, бѣлыми волосами и длинная, доходившая почти до пояса борода, дѣлали странное и внушающее уваженіе впечатлѣніе. Блѣдное лицо, съ суровыми чертами, было неподвижно, глаза закрыты.
-- У него такой же видъ, какъ тогда, когда я нашелъ его внизу въ пещерѣ, сказалъ Бруно, пришедшій черезъ нѣсколько дней къ постели больнаго, вмѣстѣ съ Гагеномъ. Онъ какъ будто спитъ. Имѣете вы надежду сохранить ему жизнь, Этьенъ?
-- Слабую, другъ мой, отвѣчалъ Гагенъ. Въ такомъ старикѣ всегда можно ожидать, что онъ заснетъ совсѣмъ.
-- И съ нимъ вмѣстѣ погибнетъ объясненіе тайны, имѣющее такое важное значеніе для графини.