Блѣдное лицо Леона Брассара исказилось яростью при видѣ графини.
Та невольно отступила въ ужасѣ, предчувствуя недоброе.
-- Да, я тебя ищу! вскричалъ Леонъ Брассаръ. Я не могъ ждать до утра, моя грудь разорвалась бы, я бы задохнулся, если бы долженъ былъ молчать!
-- Что съ вами случилось? спросила графиня.
-- Могу ли я вернуть жизнь ему!.. продолжалъ Леонъ, не слушая словъ графини. Да! Это было бы твоей гибелью!.. Ты боишься, что князь живъ?.. Нѣтъ! Онъ умеръ!.. Я его убилъ. Но нѣтъ! я былъ только твоимъ орудіемъ! ты все задумала!.. Ты направила мою руку, ты одна!
-- Остановитесь! Вы съ ума сошли! вскричала въ ужасѣ графиня.
-- А! ты боишься какъ бы кто-нибудь не услышалъ! продожалъ Леонъ. Или ты отопрешься отъ того, что ты меня навела на это?.. И ты знала, что онъ мои отецъ! Что твоя вина, а не его, если онъ давно не призналъ меня своимъ сыномъ! И ты была такъ низка и преступна, что не поколебалась заставить меня поднять руку на отца, изъ-за того, что онъ хотѣлъ открыть твои злодѣйства!.. Ты это сдѣлала, ты, и однако ты знала, что я твой сынъ, проклятая! Ты не пощадила своей собственной крови!
-- Молчи! прервала его графиня. Это безумный бредъ!
-- Да! ты хотѣла бы сдѣлать меня помѣшаннымъ, такъ какъ ты боишься, что я донесу на тебя! Или ты думаешь, что я стану любить и уважать тебя, какъ мать? Хороша мать, которая дѣлаетъ сына орудіемъ своихъ позорныхъ замысловъ!
-- Я давно знаю, что ты мой сынъ! Но кто приказалъ тебѣ поднять руку на отца? Кто направилъ тебя на этотъ поступокъ? Кто сдѣлалъ тебя извергомъ, которому нечего ждать пощады отъ закона? спросила графиня.