-- Вы можете спокойно сказать правду, такъ какъ ложь ни къ чему не поведетъ. Я сейчасъ же телеграфирую въ Нью-Іоркъ что съ вами дѣлать, а до тѣхъ поръ вы пробудете здѣсь.
Губертъ былъ не въ состояніи произнести ни слова. Преступленіе, котораго онъ не совершалъ, преслѣдовало его въ самыя отдаленныя страны.
-- Отведите Губерта Бургардта въ отдѣльную камеру, приказалъ судья сторожу.
Опустивъ голову подъ бременемъ новаго несчастія, послѣдовалъ Губертъ за своимъ тюремщикомъ.
Къ чему послужило бы ему еслибы онъ сталъ говорить судьѣ, что невиненъ въ убійствѣ, что его преслѣдуютъ несправедливо? Кто повѣрилъ бы ему?
Все было кончено, онъ даже не могъ попытаться подкупить сторожа, такъ какъ не имѣлъ для этого денегъ.
Онъ мрачно шелъ обратно въ тюрьму, гдѣ его посадили отдѣльно, какъ важнаго арестанта.
Оглядѣвшись въ своемъ новомъ помѣщеніи, Губертъ увидѣлъ, что его заперли въ маленькую комнатку съ однимъ окномъ, задѣланнымъ толстой рѣшеткой, и вся мебель состояла изъ постели, стула и стола.
Съ наступленіемъ вечера, сторожъ принесъ ему хлѣба и воды, и снова ушелъ оставивъ его одного.
Черезъ два дня въ камеру Губерта вошелъ судья.