Столъ былъ накрытъ на четыре прибора, но мѣсто Леона было незанято и уже нѣсколько дней оно оставалось пустымъ.
По правую руку графини сѣла компаньонка, напротивъ нея -- капелланъ. По наружности, графиня была въ отличномъ расположеніи духа и весело разговаривала со своими собесѣдниками.
Обѣдъ уже кончался, какъ вдругъ въ передней послышался какой-то шумъ, который все увеличивался. Слышенъ былъ шумъ шаговъ и голосовъ, который все болѣе и болѣе приближался.
Лакей, только что собиравшійся налить вина въ стаканы, вздрогнулъ и обернулся, чтобы пойти посмотрѣть въ чемъ дѣло.
Но въ ту минуту, какъ онъ хотѣлъ отворить дверь, кто-то съ размаху распахнулъ ée и въ комнату поспѣшно вошелъ человѣкъ, въ такомъ изношенномъ платьѣ, что, въ первую минуту, его можно было принять за нищаго.
Лакей хотѣлъ загородить ему дорогу, но онъ оттолкнулъ его и вошелъ.
Появленіе этого человѣка произвело удивительное впечатлѣніе на всѣхъ сидѣвшихъ за столомъ.
Компаньонка была сильно испугана, вообразивъ, что это какой-то разбойникъ, капелланъ не вѣрилъ своимъ глазамъ, когда узналъ въ вошедшемъ Митнахта. Что же касается графини, то она только бросила на своего сообщника презрительный взглядъ, хотя сильный страхъ охватилъ ее. Чего она могла ожидать отъ этого человѣка, который, при томъ возбужденіи, въ которомъ онъ былъ, могъ не соображать, какія послѣдствія будутъ имѣть его слова для нея и для него самого.
Лакей стоялъ въ нерѣшимости, что ему дѣлать.
-- Что вамъ здѣсь надо? спросилъ онъ наконецъ, боясь гнѣва графини.