-- Оно уже разрушено, и изменить нельзя ничего! Отец дал уже слово этому человеку, считая союз с ним счастьем для меня. Он и не подозревает, что это счастье сделает мою жизнь непрерывным мучением.
-- Отчего же ты не поговоришь откровенно с отцом, Инес? От тебя зависит предупредить зло.
-- Амаранта, ты не знаешь моего отца. При всей своей доброте и любви ко мне он непреклонен и не изменит того, что однажды решил. Мое нежелание он назовет глупостью. Я долго боролась с собою, теперь ты знаешь мое горе.
-- Так и ты несчастна! -- грустно сказала Амаранта. -- Значит, мы действительно сестры, сестры по страданию!
-- Я никогда не буду принадлежать Мануэлю, и мой долг -- сказать ему это прямо. Он знает, что служит препятствием нашему союзу, но все еще надеется устранить его. Я поступила бы нехорошо по отношению и к тому, и к другому, если бы продолжала принимать доказательства любви Мануэля, поэтому я решилась сказать ему это и проститься с ним, -- продолжала Инес взволнованным голосом. -- Мне будет тяжело, но надо преодолеть себя. Сердце разрывается при одной мысли, что надо расстаться с ним навсегда, но так должно быть! Как я переживу это, Амаранта! Я уже начинаю бояться будущего и самой себя. Жаль и того, кто разлучает меня с Мануэлем, потому что ему будет принадлежать только рука моя, сердце же и жизнь принадлежат Мануэлю до последнего моего вздоха.
-- И я так же горячо любила, -- прошептала Амаранта, -- но за кого же просватал тебя отец? -- спросила она.
-- Пока это еще секрет, но тебе я скажу -- за дона Карлоса Бурбонского.
-- За того принца, который добивается престола?
-- Да.
-- О, теперь я понимаю твердость твоего отца!