-- Как? Измена? -- быстро спросил дон Карлос.
-- В Мадриде узнали, что вы находитесь в стенах города, и уже, быть может, начали вас разыскивать.
Лицо претендента омрачилось.
-- Доррегарай? -- быстро спросил он. -- Может быть, его готовность -- один обман...
-- Невозможно! С этой стороны измена немыслима, принц.
-- В таком случае я этого не понимаю! В этом одеянии, -- дон Карлос указал на рясу, -- я чувствовал себя в полнейшей безопасности! Но будем говорить о деле, граф. Вы хотите дать мне взаймы пять миллионов на военные издержки, я выплачу вам за это восемь миллионов после вступления на престол.
-- Как ваш верноподданный и патриот, я не могу принять этой жертвы, принц, -- с достоинством отвечал Кортецилла. -- Я владею десятью миллионами, но вам известно, что у меня есть дочь. Мое состояние принадлежит ей, и поэтому уменьшить его я не вправе. Хотя я вполне убежден в вашем успехе, принц, однако было бы безрассудно с моей стороны рисковать состоянием моей дочери и лишать ее того, что она привыкла считать своим.
-- Вы заботливый отец, граф, и дочь ваша -- самый прекрасный цветок испанских полей!
-- Вы знаете мое сокровище. Я не жалел ничего, чтобы подготовить ее к сколь угодно высокому общественному положению.
-- Граф, я люблю вашу дочь уже много лет и прошу у вас ее руки. Помните ли, как год тому назад мы встретились с вами в По?.. Я как сейчас вижу ее, как она была тогда прелестна, обворожительна, прекрасна! С тех пор я не могу ее забыть.