-- Святой Бонифацио, какая глупость! Но послушай, Тобаль, не отказывайся от моего предложения, говорю тебе, общество большое и сильное, дело может стоит тебе жизни, если ты не отсрочишь казнь Тицона. Тебя спровадят- и все равно достигнут своей цели. Неужели мне придется потерять и тебя!..
-- Возьми назад деньги! -- повелительно повторил Царцароза, и старуха наконец со вздохом согласилась. -- Что касается отсрочки казни, -- продолжал он, -- я посмотрю. Придет к тебе еще раз этот знатный господин?
-- Не знаю, думаю, что придет.
-- Когда он будет у тебя, дай мне знать, Сара Кондоро, я сам переговорю с ним.
-- Ого, ты хочешь лично условиться о цене? Так, так, теперь понимаю, -- говорила старуха, лукаво прищуриваясь и подмигивая, -- ты хочешь выманить у него побольше?
-- Очень может быть. Когда ты мне дашь знать, что он у тебя, я приду в твою ночлежку и переговорю с ним.
-- Хорошо, хорошо, сыночек, -- вскричала Сара, вставая и бережно пряча деньги, -- сделаю это, охотно сделаю! Сам дело обделай, он может оплатить, ты прав.
И кивнув ему, она хотела было протянуть руку, но передумала, боясь, что он не возьмет ее.
-- До свидания, Тобаль, -- говорила Сара, -- да смотри же, не проболтайся! Вылитый отец! -- пробормотала она, выходя из домика, увитого зеленью.