Прегонеро исполнил приказание незнакомца и последовал за ним, внимательно его рассматривая, наконец покачал головой, очевидно, удивляясь, что этот человек, которого он никогда прежде не видел, как он вполне теперь убедился, знал, однако, не только его самого, но и то, что случилось прошлой ночью в ночлежке.
-- То, о чем я хочу говорить с вами и что привело меня сюда, гораздо важнее для вас, чем для меня, -- сказал Доррегарай дружеским, доверительным тоном. -- Из моих слов вы поймете сами, что я истинный друг ваш, хотя пока и не верите этому.
-- Слова о дружбе делают меня недоверчивым, сеньор!
-- Вы правы в этом отношении. Но нет правил без исключений. Если уж вы не верите, что я просто хочу оказать вам дружескую услугу, то должны поверить, если я скажу, что хочу оказать вам ее для собственной выгоды.
-- Во всяком случае, скажите, что вас привело сюда, тогда я вам отвечу, верю ли я в вашу дружбу!
-- Вы здесь не в безопасности, прегонеро!
-- Вы думаете, что палач меня выдаст?
-- Не сегодня, так как теперь у него много дела, но завтра -- да, даю вам слово!
-- Вы говорите, как будто знаете наверняка, что так оно и будет.
-- Верьте моему слову! Если вы усомнитесь в моем предсказании, вы погибли, -- продолжал горячо Доррегарай. -- Говорю вам, берегитесь! Почему вы пришли сюда? Потому что вас тянуло, влекло сюда, потому что вы удивляетесь силе, мужеству и отваге палача, потому что вам нравится его ремесло! Главная же причина вашего неодолимого влечения к нему заключается в том, что он победил, взнуздал вас вчера.