Инес ушла в коридор, притворив за собой дверь. Монах все храпел. Желание свободы охватило Мануэля. Он осторожно стал вытягивать рясу из-под патера, но тот всем телом лежал на одном ее конце.
Монах забеспокоился, перевернулся на другой бок и прижал теперь тот край рясы, который был прежде свободен. Мануэлю пришлось начинать сначала. Он стал вытягивать другой конец. Но тут уж монах проснулся совсем.
-- Где я?.. Кто вы такой? -- вскричал он, озираясь в темноте. -- А, это вы! Теперь я вас узнаю. Я немного вздремнул, кажется? Ну, теперь я опять бодр!
Это было вовсе не утешительно для Мануэля. Он проклинал свою попытку.
-- Зачем вы потушили свечи, сеньор? -- спросил монах.
-- Они сами потухли, -- отвечал Мануэль. -• Здесь очень холодно, и я хотел взять вашу рясу.
-- Возьмите, мне очень жарко... только вот пить хочется.
Эти слова снова пробудили в Мануэле надежду.
-- В кувшине осталось вино, святой отец, -- сказал он. -- Я уступаю его вам.
-- Так, так, сынок! Я старше вас, мне оно нужнее. Мануэль подал кувшин монаху, сидевшему на постели.