-- Но как решить, на чьей стороне право, ваше высочество?
-- Решит оружие! Я не отступлю ни от чего и буду безжалостно преследовать своих врагов.
-- Но эта несчастная борьба не поведет к цели, ваше высочество! -- вскричал Антонио, подходя ближе к дону Карлосу. -- О, выслушайте мою просьбу, откажитесь от своего плана!
-- Как вы смеете, молодой человек...
-- Я у вас в руках, ваше высочество, по одному вашему знаку меня могут схватить! Но я все-таки хочу предостеречь ваше высочество от несчастной войны, на которую вы решаетесь. Какой-то внутренний голос заставляет меня сделать это. Умоляю, ваше высочество, не отвергать моей горячей просьбы! Всякое обращение к силе с вашей стороны погубит Испанию! Еще есть время, откажитесь от своих планов, дайте народу самому
выбрать себе властителя. Если вы начнете войну, она будет бесконечна, а последствия ее ужасны! Я заранее вижу горящие города и селения, несчастных, бегущих от пожара, поля, усеянные трупами, везде стоны и проклятия, которые достигают неба; вечный Отец слышит их и отворачивается от этого зрелища ужаснейшей из войн, войны народной!
-- Вы прекрасно обрисовали то, что ожидает Испанию, патер Антонио, -- но и это не остановит меня! Испания, или скорей мятежная партия, хочет войны, и я начну ее и поведу с железной настойчивостью и неумолимостью. Если не хотят слушать моих слов, так пусть за меня говорят мои пушки! Оставим этот разговор, -- сказал дон Карлос, ослепленный своим честолюбием, в жертву которому готов был принести все.
-- Умоляю, ваше высочество, не навлекайте на себя проклятия целой страны и целого народа! Побойтесь гнева Божия, не отвергайте моей просьбы! -- вскричал Антонио, в порыве своей любви к родине падая на колени.
Дон Карлос с гневом вскочил и протянул уже руку к звонку.
-- Вы говорите, как изменник!