-- Должно быть, идете к больной вдове, сеньора? -- спросила она. -- Старушку сегодня унесли на кладбище. Уж вам придется там поискать ее.
-- Значит, я пришла слишком поздно! -- прошептала Инес.
-- Два дня тому назад она умерла, а сегодня ее вынесли за ворота...
-- А где Амаранта?
-- Дочь-то? Дочь пошла провожать ее. Только она еще не вернулась, да и вернется ли, Бог весть! -- продолжала женщина. -- Кто ее знает... Может, с ней приключилось что-нибудь, а может, она сама... она была так несчастна!
-- Пресвятая Мадонна! Что это вы говорите! -- в испуге воскликнула Инес. -- Ведь я обещала помогать ей, сколько возможно!
-- Это хорошо... Только уж не поздно ли теперь, сеньора... А может быть, она еще на кладбище.
Молодая графиня быстро направилась к городским воротам, чтобы как можно скорее отыскать могилу бедной вдовы. Инес нарочно, чтобы не возбуждать любопытства, оделась весьма просто, но ее походка, ее манеры и речь выдавали ее.
Могильщик уже запирал калитку, когда она подошла к кладбищу, но несколько мелких монет помогли убедить его впустить Инес.
Она попросила указать ей свежую могилу старушки. Помолившись на этой могиле, но не найдя там Амаранты, она спросила о ней у могильщика. Тот не видел, куда она пошла с кладбища. Инес отправилась по следам, оставшимся на мокром песке дорожки и терявшимся во мху у берега Мансанареса.