-- Так докажи твою любовь и позволь мне войти с тобой. Сегодня же вечером все должно решиться, -- настаивал Мануэль.
-- Ты не знаешь, о чем просишь, Мануэль!
-- Пусть это будет доказательством твоей любви.
-- Хорошо, я согласна, -- вымолвила Инес с содроганием. -- Может быть, наша судьба еще переменится.
-- Она переменится, она должна перемениться, клянусь своим спасением! Я начинаю понимать твои слова: ты хотела сказать, что отец сам хочет распорядиться твоей рукой?
-- Он уже обещал ее другому.
-- Он переменит свое решение, когда я поговорю с ним.
-- Дай Бог, -- прошептала графиня, входя в дом вместе с доном Павиа.
Старик-швейцар доложил ей, что граф уехал, но скоро вернется.
Инес повела своего спутника в покои, чтобы там дождаться возвращения отца. Она была сильно взволнована, страх и надежда боролись в ней. Сердце ее принадлежало Мануэлю, который только что так горячо признался ей в любви, но рука ее была обещана другому, и один лишь ее отец мог развязать узы, связывавшие ее с этим последним.