-- А подразумевается ли этим, достопочтенный брат, обязательство обращаться к нам за решением всех важных вопросов? -- спросил Бонифацио.
-- Это чрезвычайно важно, -- добавил патер Амброзио.
-- Вот, послушайте, что говорится в главной части договора, -- отвечал великий инквизитор, патер Доминго. -- "Принц Карлос Бурбонский торжественно принимает и подтверждает своим именем обязательство во всех государственных делах, касающихся церкви, обращаться, прежде объявления своей воли, к совету великого инквизитора..." Здесь оставлен пробел, -- прибавил Доминго, -- которым нам остается воспользоваться!
-- А как насчет нашего пожертвования? -- спросил Бонифацио.
-- Я назначил миллион, -- объявил патер Доминго. -- Дать большую сумму было бы, мне кажется, рискованно. Дон Карлос имеет ведь и другие источники, так что этого ему будет достаточно.
-- Более чем, почтенный брат, более чем! -- вскричал худощавый Бонифацио. -- Сумма довольно велика для возможной потери.
-- Что скажет на это наш высокий брат Амброзио?
-- Я согласен с решением благочестивых братьев!
-- В таком случае, сегодня ночью принц получит миллион от брата казначея, -- сказал патер Доминго. -- А что слышно от брата Иларио, духовника герцогини Бланки Марии Медины? -- прибавил он, обращаясь к патеру Бонифацио. -- Вы упоминали о каком-то донесении.
-- Важное донесение, брат! Иларио явился вчера ко мне сильно взволнованный. Бланка Мария призналась ему недавно, что вместо желаемой любви к супругу чувствует к нему антипатию, отвращение! Из других же верных источников он слышал, что она задумала тайно избавиться от него и, кажется, хочет привести в исполнение свои тайные планы здесь, в Мадриде.